Секретные технологии программирования человеческого мозга. Часть 3: проект “MKUltra”

В середине XX века человек окончательно осознал, что самым уязвимым и при этом самым разрушительным полем битвы является не территория, а человеческий разум. Холодная война превратила нейробиологию, психиатрию и фармакологию из инструментов исцеления в стратегическое оружие. В предыдущих главах нашего исследования мы подробно рассмотрели базовые механизмы нейролингвистического воздействия и ранние эксперименты по сенсорной депривации. Сегодня, в третьей части цикла «Секретные технологии программирования человеческого мозга», мы переходим к самой масштабной, закрытой и бескомпромиссной программе в истории спецслужб — проекту «MKUltra». Истоки этой программы уходят в начало 1950-х годов, когда в разгар Корейской войны американское разведывательное сообщество столкнулось с пугающим феноменом. Пленные американские солдаты массово выступали с публичными осуждениями собственной страны, демонстрируя признаки глубокой идеологической перепрошивки.

Сидни Готтлиб спустя два десятка лет не очень весело осмысляет, как объяснять свои «всплывшие» эксперименты конгрессменам и прессе

В аналитических отчетах ЦРУ это явление получило название «промывание мозгов». Страх перед тем, что Советский Союз и Китай овладели технологиями абсолютного контроля над сознанием, вынудил Вашингтон пойти на беспрецедентные меры. В апреле 1953 года директор ЦРУ Аллен Даллес официально санкционировал запуск проекта «MKUltra», предоставив его руководителю, химику Сидни Готлибу, практически неограниченное финансирование и полный иммунитет от любого надзора.

Главная задача проекта заключалась в поиске надежных методов подавления воли, стирания памяти и создания «идеального агента», способного выполнять приказы без осознания собственных действий. Для достижения этой цели к работе были привлечены десятки ведущих университетов, больниц, фармацевтических компаний и пенитенциарных учреждений США и Канады. Исследования велись в условиях строжайшей секретности, а большинство испытуемых даже не подозревали, что участвуют в правительственных экспериментах.

Арсенал технологий, опробованных в рамках «MKUltra», поражает своим цинизмом и разнообразием. На практике программа опиралась на несколько ключевых направлений воздействия на психику:

  • Химическое программирование и психоделики. Спецслужбы массово закупали и тестировали ЛСД, мескалин, псилоцибин и барбитураты. В рамках печально известной операции «Полуночный кульминационный момент» агенты ЦРУ оборудовали конспиративные квартиры в Сан-Франциско и Нью-Йорке, где подмешивали психотропные вещества ничего не подозревающим гражданам, фиксируя изменения их поведения через односторонние зеркала.
  • Деструктивная психиатрия и стирание личности. В Монреальском мемориальном институте имени Аллана доктор Дональд Эвен Камерон проводил эксперименты по так называемому «психическому вождению». Пациентов погружали в медикаментозную кому на несколько недель, подвергали интенсивной электросудорожной терапии и заставляли круглосуточно прослушивать закольцованные аудиозаписи. Целью было полное обнуление базовой личности человека и запись на «чистый лист» новых поведенческих установок.
  • Сенсорная изоляция и гипноз. Исследователи изучали, как длительное лишение человека света, звука и тактильных ощущений разрушает критическое мышление. В состоянии глубокой дезориентации испытуемые подвергались гипнотическому внушению для проверки возможности создания «спящих» агентов с искусственно раздвоенным сознанием.

На протяжении двадцати лет этот масштабный научный конвейер работал в тени, пока в середине 1970-х годов серия утечек и расследований Сената США не приоткрыла завесу тайны. Несмотря на то что перед началом проверок большая часть архивов проекта была уничтожена по личному приказу руководства ЦРУ, уцелевшие документы навсегда изменили представление общества о границах дозволенного в науке и разведке. В этой статье мы детально разберем внутреннюю механику экспериментов «MKUltra», их реальную научную эффективность и то, какое наследие эта секретная программа оставила в современной нейропсихологии.

В предыдущей части повествования мы предложили вам рассказ о том, как 50-х годах  в США активно осуществлялись эксперименты по разработке “сыворотки правды”, которые, в конечном счете, привели к разработкам, направленным на активное программирование  человеческого сознания. Конечно, эта идея была рождена в недрах спецслужб, т.к. они полагали, что у СССР уже были такие технологии. Руководителем этих проектов ЦРУ был Сидни Готтлиб: живое воплощение образа безумного учёного, ставящего самые странные и пугающие эксперименты над людьми… просто потому, что может и ему это очень интересно.  Итак, в апреле 1953 года начальник химического отдела управления научной разведки ЦРУ Сидни Готтлиб стал руководить новым большим проектом под названием MKUltra. К этому моменту он уже успел разочароваться в психоактивных веществах, с которыми его коллеги экспериментировали раньше: каннабиоидах, опиатах, кокаине и мескалине.

Все они, как показала практика, действовали слишком индивидуально, непредсказуемо и не обеспечивали статистически значимой результативности в развязывании языков при допросах. Опыты с допросами подозреваемых в двойной игре или шпионаже в основном проводились в секретных тюрьмах ЦРУ в ФРГ, Панаме и Японии

Но был ещё и ЛСД — новое странное вещество, вызывающее очень причудливые глюки. Собственно, новым оно было лишь в очищенном виде: его в 1943 году выделили из спорыньи, грибка, поражающего зерновые. Есть предположения, что как минимум часть из разнообразных чудесных видений богов, ангелов и демонов, известных нам из мировых религий и культур, были вызваны банальным употреблением хлеба со спорыньёй. Во всяком случае, описание кислотных трипов нередко оказывается довольно похожим на образы из легенд, мифов и священных книг.

Взять хотя бы пресловутых достоверных библейских ангелов — интоксикация веществами спорыньи вполне могла породить подобные глюки даже в не испорченных буйством современного контента мозгах людей раннего железного века

Сидни Готтлиб начал эксперименты с ЛСД с себя — добыв вещество у занимавшихся ядами и токсинами коллег. Первый опыт «превратил» его в переливающуюся светящуюся колбасу — и биохимик из ЦРУ решил, что это может как-то помочь в решении поставленных сверху задач. Ему удалось убедить часть знакомых и коллег по ЦРУ и центру разработки биологического оружия в Кэмп-Детрик подвергнуться аналогичным экспериментам, но скоро ему стало интереснее наблюдать за теми, кто не в курсе о том, что только что принял «кислоту».

Сидни поначалу честно договаривался о том, что может в порядке эксперимента незаметно подсыпать ЛСД в кофе, но через некоторое время «кислоту» вовсю подсыпали ничего не подозревавшим стажёрам ЦРУ. Атмосфера в ЦРУ и вообще среди американских силовиков 50-х царила ещё та, казалось, что СССР вот-вот устроит сплошной «Ред Алерт», и «в интересах национальной безопасности США» считалось возможным делать примерно всё. Просто, желательно, беспалевно — чтобы не докопались «зануды, буквоеды и криптокоммунисты» из ФБР, Госдепа или прессы.

Начало 1950-х было временем адской паранойи по обе стороны железного занавеса. Считалось, что с той стороны — сущие демоны в человеческом облике, и для борьбы с происками коммунистов/капиталистов все средства хороши

ЛСД в те годы интересовали не только ЦРУ: химический корпус армии США тоже подумывал использовать его на практике, только в формате классического химического оружия. Задумка военных была куда проще и брутальнее, нежели у шпионов: они хотели наладить производство ЛСД в промышленных масштабах, снаряжать им химические боеприпасы и распылять над войсками и городами противника. Противник, соответственно, должен был массово глючить, впадать то в эйфорию, то в тревожные и суицидальные состояния, и в результате совершено терять и бое- и работоспособность.

Рассекреченная хроника британского эксперимента 50-х годов: солдаты королевской армии на учениях под ЛСД наглядно демонстрируют, что воевать под психоделиками получается так себе

Готтлиб полагал это возможным хотя бы теоретически, и даже одобрял как «гуманный способ ведения войны без прямых убийств и разрушений». Но его интересовали возможности ЛСД в, так сказать, индивидуальной работе. В одном из первых экспериментов над офицерами ЦРУ один из них под «кислотой» рассказал стрррашную секретную тайну, а по окончании трипа совершенно забыл, что он это сделал. Сидни был в восторге… но эффект оказался случайностью. Последовавшие эксперименты как над сотрудниками ЦРУ и Кэмп-Детрик, так и над пленными в секретных тюрьмах показали, что действие ЛСД ничуть не более предсказуемо, чем других веществ. Кого-то, действительно, прорывало на откровения, но остальные или молчали пуще прежнего, или и вовсе чудили кто во что горазд.

Однако Сидни Готтлиб упорно работал над расширением и пула подопытных, и способов экспериментирования с ЛСД. До сих пор не очень понятно, почему, раз эксперименты были в общем-то не очень утешительны. В качестве обоснования в ход пускались аргументы порой анекдотического характера. К примеру… отсутствие каких бы то ни было данных об экспериментах с этим веществом в СССР. Советские научные журналы сообщили о том, что такое вещество было открыто — и всё. Это неспроста — заключили в ЦРУ! Это потому, что коварные коммунисты всё засекретили, а на самом деле впереди планеты всей по производству ЛСД, стахановскими темпами с перевыполнением плана!

Хорошо, что Сидни не видел этого советского плаката (речь, конечно, шла о технической конопле для производства растительных волокон)

Причём практически дословно, в одном из отчётов соображения звучали так: «хотя никаких советских данных по ЛСД-25 нет, следует предположить, что учёные СССР полностью осознают стратегическое значение этого мощного нового наркотика и способны производить его в больших количествах в любой момент». Сотрудники Готтлиба и он сам не придумали ничего лучше, чем на регулярной основе являться в центр разработки биологического оружия Кэмп-Детрик, с которым много сотрудничали по научной части, и ставить там опыты над сотрудниками. Над сотрудниками, работавшими с биологическим оружием. Только чудо уберегло соседний Вашингтон — да-да, американцы догадались устроить центр по разработке и производству биологического оружия в 60 км от столицы и Балтимора — от инцидента вроде нашего выброса сибирской язвы под Свердловском в 1979 году.

Ну а более радикальные опыты требовали поездок Сидни Готтлиба и его команды в секретные тюрьмы ЦРУ за рубежом. Если в Германии с европейцами ещё старались соблюдать какие-то приличия, а периодическую гибель пленных при экспериментах были вынуждены скрывать под видом «загадочных» трупов где-то подальше от секретного объекта «вилла Шустер», то в Азии в силу тогдашнего расизма американцы не заморачивались. Японцев, корейцев, китайцев, угодивших в тайные застенки за работу на коммунистические разведки или двойную игру, обычно ждали лишь волны Токийского залива.

Впрочем, амбициям Готтлиба не хватало ни бедолаг в секретных тюрьмах, ни коллег по ЦРУ и разработке биологического оружия. Ещё в ноябре 1952 года, за полгода до запуска проекта MKUltra, он начал негласные переговоры с некоторыми знакомыми медиками — он убеждал их начать эксперименты с ЛСД и другими веществами над пациентами в интересах исследований ЦРУ. Естественно, сугубо по крайней необходимости во имя национальной безопасности США. И вообще, «ничего с ними не будет, только польза для науки». Первым согласившимся, насколько стало известно позже, стал Пол Хох из Нью-Йоркского психиатрического института. Он стал без объяснения подробностей вводить мескалин своему пациенту, 42-летнему теннисисту по имени Гарольд Блауэр, который обратился в клинику для лечения депрессии после развода.

Гарольд Блауэр, 1911–1953, одна из многих жертв экспериментов доктора Готтлиба, для кого они закончились фатально

Доктор Хох начал пичкать Блауэра мексиканским веществом 5 декабря 1952 года, причём сразу в довольно сильной дозировке. Теннисист стал жаловаться на галлюцинации и просил сменить препарат «для лечения депрессии», но врач настаивал, медбратья — понятия не имевшие, что именно колят — вводили новые дозы. 8 января 1953 года, при очередном повышении дозы, он стал биться в судорогах и умер. Хох был в панике — но Готтлиб счёл это лишь неприятным недоразумением из-за передозировки, и принялся уговаривать знакомых медиков с удвоенным усердием. Вокруг него и его отдела стала оформляться тайная сеть незаконных экспериментаторов над человеческой психикой.

Одним из оперативных псевдонимов Синди Готтлиба было немецкое имя доктор Йозеф Шайдер, возможно, это было способом запутать следы в сторону немецких учёных-эмигрантов с нацистским прошлым

Впрочем, Сидни Готтлиб занимался далеко не только психоактивными веществами. Вторым его увлечением были яды, предназначенные для быстрого и эффективного устранения тех, кого ЦРУ не хочет видеть в числе живых. Как и его коллеги из токсикологической лаборатории №12 при советской госбезопасности, Сидни активно экспериментировал с самыми разными ядами. Использовали и исследовали их, как и ЛСД с мескалином, не только на иностранцах.

31 марта 1953 года, за несколько дней перед официальным запуском проекта MKUltra, в своём доме был найден мёртвым Джеймс Кронтал, один из старших офицеров ЦРУ, ветеран ОСС. Как показало расследование службы внутренней безопасности ЦРУ, он был тайным педофилом — на чём его поймала сначала нацистская разведка, а затем, по следам удачно попавших в их руки немецких документов, вышли и советские товарищи. После весьма неприятной, надо полагать, беседы Кронтала с Алленом Даллесом и парнями из службы безопасности, внутри педофила и шпиона оказалось содержимое небольшого пузырька, оказавшееся несовместимым с продолжением жизнедеятельности.

Аллен Даллес был настолько суров, что лично травил некоторых своих сотрудников — впрочем, в случае Кронтала действительно за дело

Изготовил содержимое пузырька не кто иной, как Сидни Готтлиб. Именно его «перу» принадлежит большая часть ассортимента ядов, стоявших и стоящих «на вооружении» ЦРУ — в том числе ставших достоянием гласности. Один из ядов Готтлиба в скрытой в серебряном долларе отравленной игле имел при себе лётчик Пауэрс, чей разведывательный U2 был сбит советской ракетой над Свердловском в 1960 году — но он предпочёл советский плен самоубийству, к изрядному возмущению в Лэнгли. Другой яд применил на себе широко известный «крот» ЦРУ в советском МИДе «Трианон» — про эту историю у нас даже есть отдельная статья.

Серебряный доллар с отравленной иглой, выдававшийся пилотам американских разведывательных самолётов

3 апреля 1953 года Готтлиб передал (очень кстати для него довольному эффективностью яда) Аллену Даллесу свой меморандум о необходимости запуска новой большой программы по изучению психоактивных веществ на человеческое сознание в интересах ЦРУ. На волне грандиозных скандалов, которые последовали в США вокруг ЦРУ в 70-е, некоторые выдержки из него даже были рассекречены — правда, в самой общей части. Готтлиб рекомендовал включить в проект эксперименты «настолько сверхчувствительного характера, что они не могут и не должны проводиться посредством контрактов, которые связывали бы ЦРУ или правительство с рассматриваемой работой».

Далее меморандум гласил, что эксперименты проекта будут полностью лежать в двух чётко определённых областях деятельности:

А. Развивать возможности тайного использования биологических и химических материалов. Эта область включает в себя создание различных физиологических условий, которые могли бы способствовать нынешним или будущим тайным операциям. Помимо наступательного потенциала, развитие всеобъемлющего потенциала в этой области скрытой химической и биологической войны даёт нам глубокое знание теоретического потенциала врага [sic], что позволяет нам защитить себя от врага, который может быть не столь сдержанным в использовании этих методов, как и мы. Например: мы намерены исследовать разработку химического материала, вызывающего обратимое нетоксичное аберрантное психическое состояние, конкретную природу которого можно достаточно хорошо предсказать для каждого человека. Этот материал потенциально может помочь в дискредитации людей, получении информации, внедрении внушений и других формах психического контроля. Б. [засекречено по сей день]

13 апреля 1953 года Аллен Даллес официально одобрил проект, получивший название MKUltra. Начальный бюджет был не слишком велик на фоне общих расходов ЦРУ тех лет, всего лишь 300 000 долларов в год без необходимости отчитываться хотя бы за цент (секретность! сверхсекретность!), но лиха беда начало. Важнее то, что Готтлиб по сути получил карт-бланш на практически любые эксперименты, главным было лишь не «спалить контору». Насколько широкую деятельность наш антигерой развернул с такими вводными и возможностями — и насколько она оказалась эффективной — поговорим в следующей части.

Наследники «MKUltra»: кто сегодня изучает и контролирует человеческий мозг в России и мире

Хотя классические программы середины XX века официально закрыты, фундаментальные и прикладные исследования нейротехнологий, нейроинтерфейсов и методов когнитивного воздействия сегодня вышли на принципиально новый уровень. Место закрытых психиатрических клиник заняли высокотехнологичные государственные агентства, нейробиологические центры и крупные технологические корпорации.

В отличие от эпохи «MKUltra», современные разработки ведутся преимущественно открыто и декларируют медицинские, реабилитационные или оборонные цели. Однако эксперты по биобезопасности и нейроэтике отмечают, что большинство этих технологий носят выраженный характер двойного назначения.

Ключевые игроки и проекты в мире

На глобальной арене лидерами в области нейротехнологий и когнитивных исследований выступают государственные оборонные агентства США, международные научные консорциумы и частный техносектор.

  • Управления перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США (DARPA). Отдел биологических технологий агентства выступает главным заказчиком передовых нейроразработок. В рамках программы N3 (Next-Generation Nonsurgical Neurotechnology) создаются неинвазивные двунаправленные нейроинтерфейсы, способные считывать и записывать сигналы непосредственно в мозг без хирургического вмешательства с помощью ультразвука, магнитных полей и света. Другой проект, RAM (Restoring Active Memory), направлен на разработку имплантов для восстановления и модуляции процессов формирования памяти.
  • Американская инициатива BRAIN (BRAIN Initiative). Масштабный государственный проект с многомиллиардным бюджетом, объединяющий Национальные институты здравоохранения и оборонные ведомства. Его главная цель — создание детальной динамической карты работы всех нейронов человеческого мозга в реальном времени, что дает ключ к пониманию механизмов принятия решений и формирования поведенческих реакций.
  • Частные нейротехнологические компании (Neuralink, Synchron, Blackrock Neurotech). Коммерческий сектор стремительно обгоняет государственные лаборатории в создании инвазивных интерфейсов «мозг — компьютер». Компании успешно имплантируют пациентам микрочипы с тысячами электродов, позволяющие силой мысли управлять цифровыми устройствами. В перспективе двусторонняя передача данных через такие импланты открывает техническую возможность для прямой стимуляции определенных участков коры головного мозга.
  • Когнитивные центры НАТО (NATO Innovation Hub). В 2020-х годах альянс официально признал когнитивную сферу шестым доменом ведения боевых действий наравне с сушей, морем, воздухом, космосом и киберпространством. Исследователи альянса разрабатывают концепции «когнитивной войны», объединяющей нейробиологию, психологию, искусственный интеллект и управление информационными потоками для изменения восприятия и поведения целевых аудиторий.

Разработки и научные центры в России

В Российской Федерации исследования в области нейронаук, когнитивных технологий и защиты информационно-психологического пространства сосредоточены в крупнейших академических институтах, государственных корпорациях и профильных лабораториях.

  • Национальный исследовательский центр «Курчатовский институт». На базе института активно развивается направление НБИКС-технологий (нано-, био-, информационных, когнитивных и социогуманитарных наук). Ученые центра изучают нейробиологические механизмы сознания, памяти и принятия решений, а также создают гибридные нейроморфные системы, имитирующие работу человеческого мозга.
  • Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН (ИВНД и НФ РАН). Ведущий академический центр страны, где проводятся фундаментальные исследования пластичности мозга, механизмов сна, стресса и нейрохимической регуляции поведения. Специалисты института также разрабатывают неинвазивные нейроинтерфейсы и методы нейрореабилитации.
  • Фонд перспективных исследований (ФПИ). Российский аналог оборонных исследовательских агентств, курирующий прорывные технологии в интересах обороны и безопасности. В рамках лабораторий ФПИ велись и ведутся проекты по созданию нейроинтерфейсов для управления сложными техническими системами, а также исследования по повышению когнитивной устойчивости и работоспособности человека в экстремальных условиях.
  • Центр биоэлектрических интерфейсов НИУ ВШЭ и Сколтех. Ведущие университетские лаборатории, занимающиеся разработкой алгоритмов декодирования нейронной активности, инвазивных и неинвазивных интерфейсов «мозг — компьютер», а также изучением когнитивных искажений и методов защиты от информационно-психологического воздействия.

Сегодня центр тяжести в вопросах управления сознанием окончательно сместился от грубой фармакологии к точным нейроинтерфейсам и цифровым алгоритмам. Понимание того, как функционируют современные центры нейроразработок, позволяет по-новому взглянуть на этические и правовые вызовы, стоящие перед человечеством в эпоху стремительной цифровизации психики.

Итоги проекта «MKUltra»: от грубого взлома психики к нейротехнологиям будущего

Официальное закрытие проекта «MKUltra» в 1973 году и последовавшие за ним громкие расследования комиссий Черча и Рокфеллера поставили формальную точку в истории самой скандальной программы ЦРУ. Подводя итоги двадцатилетних экспериментов, аналитики пришли к парадоксальному выводу. Прямая цель программы — создание безотказного «маньчжурского кандидата», управляемого через постгипнотические триггеры или химические коктейли, — так и не была достигнута. Грубое вмешательство в биохимию мозга, электрошок и сенсорная депривация эффективно разрушали психику испытуемых, превращая их в недееспособных инвалидов, но не позволяли надежно программировать сложное, целенаправленное поведение.

Тем не менее считать проект провальным с научной и разведывательной точек зрения было бы серьезной ошибкой. «MKUltra» стал колоссальным полигоном, который заложил фундамент современной когнитивной психологии, нейрофармакологии и методов ведения психологических операций. Спецслужбы на практике изучили пределы устойчивости человеческой психики, составили подробные карты уязвимостей памяти и доказали, что систематическое информационное давление в сочетании с дезориентацией способно кардинально менять систему убеждений личности.

Перспективы развития технологий управления сознанием

Сегодня методы грубого фармакологического и физического принуждения уступили место высокоточным, неинвазивным и цифровым инструментам воздействия. Эволюция технологий контроля над разумом движется по трем основным векторам:

  • Нейрокомпьютерные интерфейсы и оптогенетика. Современные разработки в области считывания и стимуляции нейронной активности позволяют точечно воздействовать на отдельные зоны мозга. В перспективе это открывает возможности не только для лечения нейродегенеративных заболеваний, но и для прямой модуляции эмоциональных состояний, страха или уровня доверия.
  • Алгоритмическое микротаргетирование и цифровой профилинг. Вместо закрытых лабораторий современные исследования поведения проводятся в глобальной цифровой среде. Искусственный интеллект анализирует миллионы цифровых следов, выявляя когнитивные искажения конкретного человека и подбирая индивидуальные информационные триггеры для незаметной коррекции его взглядов и решений.
  • Когнитивная война и нейромаркетинг. Современные военные и политические доктрины рассматривают человеческое сознание как полноценный домен боевых действий. Использование больших данных и психолингвистических моделей позволяет формировать заданную картину реальности у целых социальных групп без применения каких-либо химических или физических средств.

Часто задаваемые вопросы (FAQ)

Удалось ли спецслужбам создать полноценного «спящего» агента с раздвоением личности?
Согласно рассекреченным документам и заключениям независимых психиатров, создать полностью контролируемого агента, который бы выполнял сложные задания и полностью забывал о них, так и не удалось. Эксперименты подтвердили возможность глубокой диссоциации личности, но поведение таких испытуемых оставалось непредсказуемым и нестабильным для реальной разведывательной работы.

Почему большая часть архивов «MKUltra» не сохранилась до наших дней?
В январе 1973 года, незадолго до начала правительственных расследований, директор ЦРУ Ричард Хелмс и руководитель проекта Сидни Готлиб отдали приказ об уничтожении всех документов программы. До нашего времени дошли лишь около 20 тысяч страниц финансовых отчетов и хозяйственных ведомостей, которые по ошибке хранились в другом архивном здании и избежали уничтожения.

Понес ли кто-нибудь из организаторов и врачей уголовную ответственность?
Никто из руководителей ЦРУ или участвовавших в программе ученых не был привлечен к уголовной ответственности. Правительство США ограничилось официальными извинениями, выплатой денежных компенсаций некоторым пострадавшим и их семьям (в частности, семье биохимика Фрэнка Олсона и бывшим пациентам доктора Камерона), а также принятием законов, запрещающих проведение медицинских экспериментов без информированного согласия испытуемых.

Используются ли наработки «MKUltra» в современной практике допросов?
Прямое применение психоделиков и деструктивной психиатрии официально запрещено международными конвенциями и внутренними регламентами спецслужб. Однако теоретические знания о сенсорной депривации, нарушении сна и создании выученной беспомощности легли в основу так называемых «расширенных методов допроса», применявшихся в начале XXI века.

Автор: Алексей Костенков @Erwinmal
Источник: https://habr.com/