В ходе дискуссий о Нобелевской премии мира справедливо было отмечено, что в настоящее время она присуждается не столько для награждения, сколько для указания верного направления мысли. Радует тот факт, что уже сейчас наконец-то была оценена работа по доказательству квантовой нелокальности. Однако положительные новости заканчиваются здесь. В сети можно встретить множество необоснованных утверждений по этому поводу. Я обнаружил пару интересных материалов. Первый – это достаточно хорошо написанный исторический обзор того открытия, за которое была присуждена премия. Этот обзор ценен тем, что в нем упоминается имя Дэвида Бома, пионера исследований, которые привели к экспериментальному подтверждению нелокальности. Из всех просмотренных обзоров – это единственный, который делает это. Кроме того, в обзоре аккуратно, но детально описывается состояние умов “авторитетов” и то, как физический мейнстрим упустил из виду ключевые рассуждения о парадоксе ЭПР и его интерпретации Шредингером.
Иллюстрация: Heedong Goh and Andrea Alù / Physical Review Letters. Американские физики разработали весьма компактный оптический вычислитель для решения разных сложных дифференциальных, а также интегральных уравнений. В основе данного устройства лежит метаматериал с исключительно нестандартным распределением реальной диэлектрической проницаемости. Решение такого уравнения кодируется в рассеянной на этом материале волне. Исследование опубликовано в журнале Physical Review Letters. Данный подход отличается от классических цифровых компьютеров, которые оперируют единицами и нулями. Оптический вычислитель способен напрямую обрабатывать аналоговые сигналы, представленные в виде функций, что устраняет необходимость аналогово-цифрового преобразования. Вместе с тем существует другой подход, основанный на использовании аналоговых компьютеров. В нем обработка аналоговой информации производится вычислителем напрямую.
Иллюстрация представлена: Suhail Ahmad Rather et al. / Physical Review Letters. Учёные совершили прорыв в новой области квантовой математики, неожиданно обнаружив квантовый квадрат Эйлера шестого порядка, не имеющий классических аналогов. Полученное решение эквивалентно т.н. предельно запутанному состоянию всего четырёх квантовых кубитов, недостижимому традиционными методами. Это открытие имеет потенциал для совершенствования методов коррекции ошибок в квантовых вычислениях. Результаты исследования опубликованы в Physical Review Letters. Латинский квадрат, представляющий собой квадратную матрицу, заполненную элементами из счетного множества так, чтобы каждый элемент встречался только один раз в каждой строке и каждом столбце, является хорошо изученной математической структурой. Наиболее известным примером латинского квадрата является 3×3 квадрат, используемый в игре “судоку”. Латинские квадраты нашли применение в комбинаторике, статистике, криптографии и многих других научных разделах.
Иллюстрация представлена: B. C. Nichol et al. / Nature. Совсем недавно британские физики провели очень интересное экспериментальное исследование, демонстрирующее повышение точности измерений частоты с использованием запутанных оптических атомных часов. В ходе исследования была измерена разница в частотах двух таких часов на основе простых ионов стронция. Результаты, опубликованные в журнале Nature, показали, что использование запутанных часов приводит к более высокой точности по сравнению с измерениями, проводимыми на незапутанных или одиночных часах. Это открытие может привести к преодолению стандартного квантового предела в метрологии и сделать атомные часы ещё точнее. Важно отметить, что работа атомных часов, несмотря на своё название, в большей степени сосредоточена на точном измерении частоты, а не времени. В оптических часах физики используют лазер для управления электронными колебаниями между основным и возбуждённым состояниями атома. По характеру этих колебаний они определяют разницу между частотой лазера и частотой атомного перехода.
